разве я давал такую команду? – строго выговорил тренер. У него была лысая голова, по форме напоминающая квадрат, маленькие глаза и тяжёлая челюсть. Если коротко, то он походил на стероидную версию иика. Возможно, он даже не был человеком, но впечатление производил устрашающее.

Группа не сомневалась, что тренер, который так и представился «тренером» без имени, служил в Отделе безопасности. Но зачем ему было вести бесплатно единственные курсы по борьбе, на которые с трудом набралось девять человек, оставалось загадкой. Была версия, что курсы помогают ему почувствовать вкус власти. Или он реально хочет научить людей постоять за себя, прекрасно понимая, что в Идиллиуме им вряд ли пригодятся выученные навыки. А может, существовала и другая причина, которая укрылась в секретных файлах Отдела безопасности.

– Нет! – хором ответила группа на вопрос тренера.

– А что бывает с теми, кто самовольничает? Правильно: тридцать отжиманий от пола.

– Что? – встав, произнёс Арман, который был выше тренера. – Мы же новенькие!

Тренер протянул руку Лэрине и помог встать, но не рассчитал, что у девушки лёгкий вес. Она врезалась в него и неловко отпрянула.

– Мы же новенькие! – не сдавался Арман.

– Поэтому для тебя сделаем исключение – двадцать отжиманий, а для девушки десять, можно с колен.

– Что за садистские методы обучения? – присоединилась Лэрина к негодованию друга.

– Ты назвала меня садистом?

– Не вас – методы обучения, которые вы используете.

– Кажется, я принял неверное решение. Пятнадцать отжиманий.

– Что? Я не буду выполнять.

– Тогда придётся отжиматься всей группе, но уже по тридцать раз, – спокойно ответил тренер.

Арман посмотрел на их группу, состоящую из мужчин примерно от тридцати до сорока лет, и не увидел там ни одного взгляда, который отзывался теплом.

– Кажется, я предвидел будущее. Если мы не выполним упражнение, то нас точно убьют. Лично я не хочу ухудшать статистику трупов Идиллиума, – произнёс он и опустился на пол.

Арман начал отжиматься, а Лэрина всё ещё колебалась. Дело было не в том, что от неё требовали сделать, а в какой форме ей указали на выполнение задачи. Она опустила взгляд на друга, затем перевела глаза на группу мужчин, стоявших с каменными лицами, и напоследок, перед тем, как приступить к отжиманиям, посмотрела на тренера и произнесла: «Я выполню ваш приказ, но только ради группы. Мы же не в армии».

Группа разошлась, а они с дрожащими руками, купаясь в поту, слушали монотонный счёт тренера, который, казалось, считал слишком медленно. Когда мучения закончились, они ещё долго оставались лежать в обнимку с матом, улавливая сквозь него отдаляющиеся шаги тренера.

– До следующего занятия. Если вы не слабаки, то придёте! – произнёс он и исчез из зала.

В этот момент тело Лэрины ненавидело её. Мышцы активно посылали сигнал sos, не в состоянии успокоиться. Уже через две минуты шея начала затекать, и она заставила себя перевернуться на спину. Арман последовал её примеру.

– Могло быть и хуже… – виновато произнесла она.

– Это как? Если рассматривать по шкале, живы мы или нет, то да, – ответил он.

– Ты неплохо отжимаешься.

– Мне сейчас не до шуток. У меня чуть лёгкие не разорвались.

– Зато мускулы появятся.

– Нам сегодня ещё к Еве идти на день рождения…

– Точно. Мне надо привести себя в порядок. Там будет Дэвид.

– И Анна.

– Тогда нам непременно нужно попасть туда. Знаю, что трудно, но надо.

– Вместе?

– Да. На счёт три. Раз, два, три… – посчитала Лэрина и села одновременно с Арманом. – Давай вставай. Ты же мужчина.

– У тебя талант вспоминать об этом в самый неподходящий момент, – вздохнул он, с трудом поднимаясь на ноги. – Давай руку, – произнёс он, протягивая свою.

– Может, ты меня отнесёшь домой? – с щенячьим взглядом спросила она. – Я такая слабая. Ноги не держат…

– Ещё чего! Это была твоя идея прийти на курсы.

– Я шучу. Но попытаться стоило.

– Этот тренер – настоящий изверг.

– Моя футболка осталась на полу, но если я наклонюсь, то упаду.

– Тогда брось её.

– Твои слова звучат разумно.

Потные, грязные, на ватных ногах, опираясь друг на друга, двое подростков со свисающими рюкзаками лениво плелись домой. Было около семи вечера. Многие жители гуляли и болтали по пустякам. Свет постепенно готовился ко сну. Чистые улицы с аккуратными домами полукруглой формы, зелёные лужайки и улыбки на лицах людей – все выглядели счастливыми и беззаботными, словно бы и не было учебной тревоги, первой в истории Идиллиума.

Пока они донесли себя до дома Лэрины, по дороге уже успели стать предметом обсуждения соседей. Не желая разлучаться друг с другом, в частности из-за вероятности упасть на землю без поддержки, друзья по боли, словно выжившие и пришедшие прямо с поля боя, ввалились домой. Они осторожно продвигались вперёд к лестнице. Франческа репетировала роль, но остановилась, приметив дочь, с трудом карабкающуюся по лестнице.

– Что с вами? Что за вид? – удивилась она, подойдя ближе.

– Мы бегали, – ответила за двоих Лэрина.

– Да, – подтвердил Арман. – И прыгали.

– Зачем же так изводить себя? – недоумённо спросила Франческа.

– Так вышло. Ладно, мам, мы сегодня идём на день рождения Евы. Мне надо ещё подарок найти.

– О, Ева – прекрасная девочка. Она же пишет… Подари ей одну из старинных книг из библиотеки. Это раритет. Печатная книга с запахом истории – настоящий клад для писателя! Да, Арман?

– Вы правы, миссис Франческа. Я бы тоже обрадовался такому подарку.

– Спасибо, мам, одной проблемой стало меньше. Не буду целовать, я вся потная.

– Тогда сейчас же в душ! Нечего распространять здесь микробы, – произнесла шутливо Франческа и вернулась к своим делам.

Тёплая вода, пульсирующими движениями бегающая по коже, была настоящим лекарством для изнывающего от напряжения тела. Лэрина желала растянуть удовольствие, но к девяти вечера была приглашена на праздник. Ещё и вечерний наряд надо было успеть придумать… Она вылезла из ванны, встала в сушку, натянула на себя парадное бельё и в халате вернулась в комнату. Арман, уже чистый, пахнущий свежестью, ждал её, рассматривая зелёную ткань на постели.

– Что будешь делать из этой ткани? – спросил он.

– Комбинезон, надену с этим ремешком, – ответила она, достав из шкафа ремень. – Сейчас дам команду портному, он в гостевой комнате стоит. Можем и тебе что-то сшить. У нас есть разная ткань.

– Одень меня по своему вкусу – но так, чтобы я понравился Анне.

– Тогда надень на себя мешок, точно понравишься ей.

– Пойду так.

– В спортивной форме? Нет уж, мы же вместе идём… Я знаю, что тебе пойдёт. Пошли, встанешь пока на сканирование, а я найду фото одежды.

– А долго ваш портной шьёт? Наш вообще глючит. В прошлый раз у меня брюки оказались разной длины.

– Время ещё есть.

– Лэри, как думаешь, нормально, если я подарю вазу? Я сам её изготовил. Правда, она предназначалась для Анны, но ничего, для неё сделаю ещё одну.

– Бесполезный подарок, но для Евы сойдёт.

– Понял. Тебе вазу не буду дарить.

– А ты что, всем даришь одно и то же? Умно.

– Вазы индивидуальны, как и сам человек.

– Допустим, я поверила… Предлагаю такой образ, как тебе?

– Похоже на то, что носит Дэвид.

– И что? Мой отец тоже так одевается.

– Ладно, давай. Твой робот уже пятый раз меня сканирует.

– Так сойди с платформы. Вначале задам сшить мой комбинезон, потом займёмся твоей одеждой.

– Как скажешь. Лэри, а где та игрушка? Находка, – спросил Арман.

– У меня. Я её спрятала. Идём, покажу, – ответила она шёпотом.

Лэрина вытащила ткань из ящика для костюма друга, положила её рядом с портным и дала соответствующие указания. Затем они вернулись в комнату, опустили шторы, закрыли дверь и начали рассматривать брелок с игрушкой.

Маленькая сова смотрела на них с ладони Лэрины и ни о чём не говорила – просто безделушка. Возможно, её функцией было развлечь её обладателя и не более того? Лэрина, повертев игрушку и изрядно насмотревшись, передала её другу.

– Я ничего не нашла. Она не открывается, – пожала плечами Лэрина.

– Лэри, а может, её не нужно открывать? Может, игрушка и есть хранитель информации? –